July 17th, 2017

Без мечты я сойду с ума

Вот Ричард Докинз говорит: религия не нужна, она зло.

Согласен, а что взамен, дорогой и уважаемый мной лично профессор? В РФ она, как и во всем мире, служит утешением, имеет эффект иллюзии, романтизма. Чтобы построить атеистическое общество в РФ, надо поднять социальный пакет, и сделать так, чтобы денег хватало на путешествия, новою технику, новые книги, на лечение.

Лично мне помогает жить при режиме Путина агностицизм. Я дико завидую Стивену Хокингу, он атеист, и после того как заболел, не ушел в религиозный мир. Но все равно будут верить в Господа люди больные и инвалиды, ибо для них это — источник жизни. Так что не нужно осуждать больных, Бог — это последний шанс, а особенно в России. Ну, верит человек в «розового пони» или поцелуй Богородицы — и прекрасно.

У меня тоже в голове сидит мечта о преподавании в воскресной школе и о монашестве. Я знаю, что этого не будет никогда, знаю, но убери ее, эту мечту, и я сойду с ума, она мне помогает жить и иногда улыбаться. Сижу, мечтаю, ем «Аленку» и утешаю себя. Не будь такой мечты, я бы давно ушел в психушку.

Так что я с профессором согласен, но частично. Раз я не могу посетить концерт «ДДТ», Грузию, Японию, купить себе новые книжки, раз государство не дает мне удочку, а дает голову рыбки, то я буду мечтать. Да, это мечта идиота, но в условиях нашей страны мечта — это жизнь.

Коля

Фото: izhevsk.ru

Читайте также:

К выбору Епископа

Заметка из «Екатеринбургских епархиальных ведомостей» от 30 апреля 1917 года.

***

Написал я этот заголовок и задумался: сколько мыслей бросилось вдруг в атаку на мое перо! Я не могу справиться с ними, бессилен отразить их и чувствую про себя, что в таком состоянии писать в епархиальных ведомостях я не могу… Смутно, несознательно, инстинктивно чувствую, что должен положить перо и успокоиться, иначе напишу такое, про что сам же скажу потом:

— Так-то оно так, но не подходит к Епархиальным Ведомостям…

И я бросаю перо, встаю, хожу, снова сажусь, снова вскакиваю, снова хожу из угла в угол…

Я, дослуживающий четверть века в сане пастыря, думал ли я когда-нибудь дожить до того времени, что буду писать о выборе епархиального архиерея как ближайшей и неотложной задаче епархии? Не сон ли это, не мечта ли?

Чует мое пастырское сердце, что и вы, мои читатели, тоже радуетесь, что дожили до этих дней, также не можете опомниться и прийти в себя. Как недавно, всего несколько недель тому назад, мы совершенно не думали, что когда-нибудь, а тем более так скоро, станем избирать сами себе епископа. Если кому-нибудь и приходила в голову такая мысль, то он боялся ее высказывать, как крамольную, и гнал прочь. А что было бы, если бы редактор Епархиальных Ведомостей взял бы да и написал в своем органе:

— Братья и сопастыри! Объединимся с мирянами для того, чтобы немедленно же приступить к избранию епископа и совершить это великое дело с возможно меньшими ошибками во благо родной епархии.

Продолжение тут: http://ahilla.ru/k-vyboru-episkopa/

Ваш доброжелатель недостойный во иноцех Филарет

Мария Сараджишвили

Зимний солнечный день 21 января 2017 года.

…Цветов было много; венков, букетов, корзинок. Несли еще и еще. Все они были адресованы одному человеку — любимому батюшке о. Филарету.

Многие плакали и повторяли, как сговорясь:

— Мы осиротели!

Последний глинский старец, несший крест служения в Грузии, перешел в вечность.

Ему было 90 лет.

Какими словами описать святость? А о. Филарета именно таким считали при жизни множество духовных чад. Сам он от всяких похвал увертывался и с присущим ему юмором только махал руками на очередного хвалителя:

— Я никудышный и ничего не могу.

В последние годы жизни батюшку привозили в церковь на машине и бережно вводили в алтарь. Сбоку, у левого придела, его уже ждала огромная очередь, мечтавшая получить благословение или попасть на общую исповедь.

Вроде ничего сверхъестественного не происходило.

Сидит старичок на стуле и трясущейся рукой накрывает по несколько человек истертой епитрахилью. Еще и еще раз повторяет список грехов охрипшим голосом:

— Признаете себя виновными?

— Признаем, — вразнобой отвечают головы под епитрахилью.

— Идите, причащайтесь.

И никаких нравоучений или епитимий.

Непосвященные, наблюдавшие эту картину, смущались. Общая исповедь разрешается только в редких случаях, а тут такое на каждой службе. Выглядит как профанация.

Его духовные чада знали, что за внешней простотой таинства нет-нет, да и проскользнет что-то такое, из-за чего стоило стоять в огромной очереди и ждать его взгляда или просто касания руки.

Продолжение тут: http://ahilla.ru/vash-dobrozhelatel-nedostojnyj-vo-inotseh-filaret/