May 8th, 2017

Нет, мир сей, век сей, житуха наша — война нескончаема

Из дневников 1945 года

Князев Георгий Александрович, историк, архивист, директор Архива АН СССР в Ленинграде, свидетель блокады Ленинграда.

10 мая

Сегодня в газетах длинная сводка о военных действиях. На некоторых фронтах продолжались бои (в Чехословакии); на других происходила капитуляция не сдававшихся ранее германских войск (в Либаве, за Данцигом). Как будто бы нужно было бы сегодня начать счет мирных дней. Так ли это?

Вчера, в радостный и торжественный день Победы, многие-многие, потерявшие близких, плакали… К сожалению, в городе вчера было очень много пьяных, и в особенности моряков. Сегодня на набережной в первый раз по возвращении в Ленинград видел просящего нищего в полувоенной форме. Жутко стало.

— Почему Вы просите милостыню? — спросил я.

— На хлеб, — ответил он мне.

Военные корабли на Неве за сутки приняли нарядный вид. Их выкрасили в белый цвет, как в мирное время. В газетах портреты маршалов-победителей. На первом месте Жуков — завершитель Отечественной войны.

Продолжение тут: http://ahilla.ru/net-mir-sej-vek-sej-zhituha-nasha-vojna-neskonchaema/

А правды вам уже не спрятать…

В 2009 году увидел свет том писем Виктора Астафьева (1924-2001) «Нет мне ответа… Эпистолярный дневник. 1952-2001 годы». Предлагаем перечитать (или прочитать) некоторые письма Виктора Петровича, касающиеся правды о войне.

***

1973 г.

(И. Соколовой)

(…) Днепровские плацдармы! Я был южнее Киева, на тех самых Букринских плацдармах (на двух из трёх). Ранен был там и утверждаю, до смерти буду утверждать, что так могли нас заставить переправляться и воевать только те, кому совершенно наплевать на чужую человеческую жизнь. Те, кто оставался на левом берегу и, «не щадя жизни», восславлял наши «подвиги». А мы на другой стороне Днепра, на клочке земли, голодные, холодные, без табаку, патроны со счёта, гранат нету, лопат нету, подыхали, съедаемые вшами, крысами, откуда-то массой хлынувшими в окопы.

Ох, не задевали бы Вы нашей боли, нашего горя походя, пока мы ещё живы. Я пробовал написать роман о Днепровском плацдарме — не могу: страшно, даже сейчас страшно, и сердце останавливается, и головные боли мучают. Может, я не обладаю тем мужеством, которое необходимо, чтоб писать обо всём, как иные закалённые, несгибаемые воины! […]

Продолжение тут: http://ahilla.ru/a-pravdy-vam-uzhe-ne-spryatat/

«Никогда! Никогда не будет он «наш»!»

Однажды перед всенощной в храм, где я служил, пришла старушка, почти глухая. Она и раньше иногда приходила на службы, но пообщаться не случилось, а тут сразу разговорилась. Старушке 87 лет, она пришла подать записочки за близких. И вдруг начала рассказывать, а я потом бил себя по голове, что не хватило ума включить диктофон…

Её отец в Великую Отечественную войну попал в плен, был в концлагере в Норвегии. Вернулся после Победы и прожил ещё до 1987 года.

Двоюродный брат (не понял, самой старушки или её отца) был лётчиком, погиб вместе с экипажем в Курске, теперь там им есть памятник.

А сама она с младшим братом и мамой жила в Сталинграде, когда пришли немцы. Мало того, все события, что она описывала, происходили в тех самых местах, где находился наш приход (район Верхней и Нижней Ельшанки). Здесь же и она жила всю жизнь.

Collapse )