April 18th, 2017

Животворный Ключ таинства

Имею намерение расставить по местам некоторые непонятки по поводу себя и своих размышлений «Что я нашел в Православии», а точнее, указать на свое восприятие написанного отцом Андреем Белоусом. Значит, о трех мифах:

1. Я писал предельно кратко, при этом предельно просто излагая свое мнение по поводу того, что довелось прочитать в упомянутой статье.

В ответе удивило, даже не удивило, а немного дало горчинку хамовато-грубоватое подчеркивание моего, якобы, незнания истории Вселенских Соборов и вообще истории Церкви. Знаю о разбойничьих соборах, об арианстве, монофизитстве и всем прочем… Знаю! Так как довелось учиться в семинарии и академии в свое время. И читал Болотова и не его одного. Только то понимание, которое было выработано на Вселенских Соборах об учении церковном, согласно со Священным Писанием. Я не буду тут цитировать учебники и труды догматистов, как ранних, так и поздних, хотя есть что цитировать. Если бы не было различия между настоящим собором и не настоящим, их бы не собиралось аж семь в разное время, при разных императорах и по разным вопросам.

Продолжение тут: http://ahilla.ru/zhivotvornyj-klyuch-tainstva/

Наблюдая сквозь битые стекла

Автор попросил соблюсти анонимность.

***

1

В семинарии нас учили всему понемногу. Но только не тому, с чем будущему священнику придется столкнуться на самом деле. Например, стандартные приходские ситуации: как служить на приходе, где нет прихожан; как служить на приходе, находящемся среди исламского населения; как справляться с переживаниями людей, которые ты принимаешь близко к сердцу; как вести себя с психически нездоровыми людьми. И многие другие вещи и ситуации, в которых священнику жизненно необходимо разбираться. Все это оставлялось в семинарии на «домашнее задание», на постижение собственным опытом. Неплохо было бы преподавателям рассказывать будущим пастырям о реальной приходской жизни, но, к сожалению, этого, при всем моем ожидании, так и не произошло. И все, как всегда, пришлось постигать на собственном опыте, вновь и вновь изобретая все тот же велосипед.

Всех ставленников, готовящихся к рукоположению, привычно пугали предстоящими трудностями священнической жизни. Их спрашивали о готовности отправиться на любое, даже самое отдаленное место служения, и предлагали поехать в самые суровые уголки нашей родины, включая Чеченскую республику и Ингушетию. Потом пристально смотрели на реакцию молодого человека, и укоряли за малодушие и трусость, так как в основной своей массе семинаристы начинали жалостливо просить не отправлять их в эти отдаленные места. Каких только оправданий не находилось: кто-то начинал жаловаться на сердце, кто-то ссылался на больных родственников, кто-то на жену, или просто на свою неспособность вынести подобные испытания. Мне также пришлось отвечать на этот вопрос, и в силу своей юности я до конца не понимал всю важность и последствия своего ответа. Вопреки стандартам я согласился после рукоположения отправиться служить даже в Чечню и Ингушетию, если это будет необходимо.

Продолжение тут: http://ahilla.ru/nablyudaya-skvoz-bitye-stekla/